Вагон по имени Витя.

Театр начинается с вешалки, а дальний путь – с вызова такси. Самарские таксисты, у меня вообще вызывают тихий восторг. Я обычно пользуюсь услугами одной и той же компании (не буду упоминать название), и езжу приблизительно между одними и теми же пунктами отправления и назначения. При этом цена поездки колеблется в ужасающем диапазоне.

Фото SELENы

На этот раз, справедливости ради, отмечу, что взяли с нас смехотворно мало. Прикол был в другом. Замерзший замок не позволил открыть багажник потрепанной самарскими дорогами «Волги», и два чемодана пришлось каскадно уложить на переднее сиденье рядом с водителем. Конструкция из двух чемоданов, воодруженных друг на друга оказалась, мягко говоря, не очень устойчивой и все время норовила завалиться на водителя. Поэтому таксист рулил «одной левой», ибо правой ему приходилось отмахиваться от резвящегося багажа.

Вокзал встретил нас как обычно. Быстренько зарегистрировали в кассе электронные билеты, посидели минут десять в зале ожидания и были приглашены на посадку. Тот, кто знаком с диспозицией знаменитого Самарского Блюхера (Блюхер – это не историческая личность времен гражданской войны, а сокращение «Блю-хер». Первая половина слова означает «голубой» — это понятно любому, кто видел наш вокзал. Вторая половина… Вобщем, тому кто видел вокзал тоже вполне понятна), знает, что такое «поезд отправляется с первой платформы, с первого пути.

Путь на первый путь неблизок и требует преодоления как минимум одного, а как максимом двух эскалаторов, ну или лестницы – но это на любителя. То что нам вдогонку чуть не прилетела спускавшаяся на десяток ступенек выше женщина не стоит особого упоминания – обошлось без жертв. Непострадали даже рассыпавшиеся многочисленные кульки и пакеты – т. к. бдительная железнодорожница сразу же нажала «капу» и лестница-чудесница остановилась.

У первой платформы есть еще одна «недокументированная особенность». Зазор между площадкой вагона и платформой достаточен, чтобы в него упал чемодан или ребенок. Но пропасть тоже была преодолена без потерь.

Больше всего нас восхитил вагон новой конструкции. Те, кто много поездил в привычных «ГДР-овских» вагонах, меня поймут. Я сразу дал вагону имя «ВИТЯ». Не от латиского «победитель», а также в виде сокращения – Вагон инженера Тяпкина (да простит меня Успенский с его трактором Митя). Вагон, в отличие от Простоквашинского механизма, работал не на пищевых отходах, и наверное поэтому, встретил своих пассажиров полным мраком. Поселение обошлось без травм благодаря ярким фонарям, освещающим перрон. Но более всего поразила внутренняя компоновка купе. Привычные крючки для одежды в ногах обитателей верхних полок были заменены неким подобием шкафа. Верхнее его отделение заменило привычную сетчатую полку для мелочей, следующее – предназначалось, судя по всему, для головных уборов. Отделение для одежды находилось в самом низу, несколько ниже уровня верхней полки. Вешать одежду было просто милое дело. Мало того, полы даже короткой куртки волочились по нижней полке, так еще два микроскопческих крючка с трудом цепляли крюк «плечиков». Больше крючков предусмотрено не было. Зато было предусмотрено место для удара головой – узкая полка над окном на всю ширину купе.

Еще веселее была приспособлена лестница, для подъема на верхние полки. Откидные складные лесенки по бокам от двери показались инженеру Тяпкину не достаточно брутальными. Поэтому он спроектировал стремянку из водопроводных труб. Стремянка была приварена к толстой трубе, которая свободно перемещалась по некоему подобию турника. Приведение чудо-лестницы в боевую готовность выглядело так: Потянуть за железную ручку. При этом лестница выезжала в створ двери и грозно покачивалась. Затем потянуть лестницу внутрь купе – тогда она соскакивала по эксцентрику и опиралась в пол. Убирать лестницу надо было в обратном порядке.

Но все ожидания превзошла конструкция отопления. В ГДР-овском вагоне трубы отопления проложены вдоль окон, но радиатор находится только под столом. Щедрый Тяпкин проложил радиатор на всю ширину купе. Поэтому, в зависимости от желания пассажира, его голова или ноги всю ночь покоились на сковородке.

Царицинские степи встретили нас толстым слоем снега, но на второе утро поездки снег за окном волшебным образом исчез. Начиная с Кропоткина поезд въехал в весну…

В порядке смелого эксперимента сойти решили в Минводах. Поезд стоит там целый час. За это время, мы на такси благополучно добрались до санатория.

Дальше программа стандатная:
Поселение, собеседование с доктором, обед.

После обеда приехал Константин Зеленский с Серегой. Они в Железноводске с важной миссией – принимают участие в соревнованиях по ориентированию. Пообщались, погуляли.

Продолжение следует.