Бред либерала

Зацепился поисковиком, дал ссылку в комментарии к Макаренко, решил все-таки высказаться. Итак:

Дата: 26.05.2008
Категория: Педагогические методики
Источник: Газета.РУ

Наша школа унижает, американская наказывает


Для начала, определимся, какая школа для автора «наша». Но это не очень важно. Важно другое: по недомыслию или намеренно автор употребляет в сравнении несопоставимые категории. «Наши строители кладут кирпичи, а американские строят дома». Наши милиционеры преступников сажают в тюрьмы, а американские полицмены борются с преступностью. 


Советская система школьного образования, в которой мы все выросли, была системой унижения. Учитель мог творить, что хотел. Слабых учеников унижали при всем классе, а их родителей – на родительских собраниях. При этом презрительное отношение учителей к троечникам передавалось детям, которые, в свою очередь, добавляли огоньку к тому аду, в котором приходилось выживать слабым в науках.

Отвечать у доски невыученный урок — унизительно? Бесспорно. Учитель творит что хочет. Взял и опозорил перед классом.

Не удивительно, что такая система давала неплохие результаты: чтобы не быть униженными, многие напрягались и учились лучше, чем учились бы без подобного прессинга. Те, кто не мог стать сильным учеником, старались позиционировать себя хулиганами (тех тоже уважали).

Да. Чтобы не быть посаженными, преступники прекращали воровать и начинали работать. Ужас!

А как уважали учителя хулиганов! Их хвалили перед всем классом, благодарили родителей на собраниях…


Хуже всех приходилось тем, кто и учиться классно не мог, и хулиганом быть.

Куда уж хуже.

Была у нас в классе девочка Таня. Старалась – и тройки. Как ее унижали! Однажды неплохой мальчик Игорь, чтобы повеселить одноклассников, растер у нее на лице лист черной копировальной бумаги. Прямо на уроке. И ничего ему за это не было. А какой некрасивой она казалась…

Неплохой мальчик Игорь унизил хорошую девочку Таню. Наверное, по указанию учителя, который делал что хотел?

Лет через 10 после того, как она ушла из школы (после 8-го класса, разумеется), мой взгляд на улице был, буквально притянут необыкновенно красивой парой – мамой и маленькой дочкой. «Привет, Ленка», – сказала мама. Полный шок. Я с такими красавицами никогда не была знакома. «Я – Таня …». Не может быть! Навожу резкость и… узнаю. Но как хороша! Окончила педагогическое училище, работает заведующей детского сада. Как коллега, понимаю, что разговариваю с профессионалом высокого класса. Сочла бы за счастье водить ребенка в ее детский садик и/или работать под ее началом.

Вышла из стен школы — и стала писанной красавицей. Если бы училась в американской — была бы красавицей еще в школе.

Ну и нужна была ей математика с физикой? Ради чего были отравлены ее школьные годы?

Заведующая детским садиком — на ней ведь и хозяйство — и финансы, и батареи… На фиг ей физика и математика? Так отравили школьные годы, что девушка стала профессионалом высокого класса.

Моя мама до сих пор хранит мою контрольную работу по математике, оцененную на тройку. Там была лишь одна ошибка, и та грамматическая: я написала в ответе вИлосипед. Т. е. нелюбовь конкретной учительницы к конкретному ученику выражалась в конкретных оценках. «Если это не полное БЕСПРАВИЕ (учеников), то что же тогда???»

Здесь можно согласиться. Надо было не тройку за контрольную ставить, а по русскому языку — пару.

Учительница — конкретная. Ученица — тоже. И оценка — конкретная. А вот бесправие учеников — оно абстрактное — всех сразу и скопом. И автора, и Тани, и Игоря, и отличников и хулиганов.

Повторюсь: а еще в России граждан в тюрьмы сажают!

Мои дети учились во второй половине 90-х. У-шу помогало им поддерживать свой авторитет в среде малолетних бандитиков.

Малолетние бандитики это кто? Педагоги? И зачем детям автора быть авторитетом у бандитиков?

Тех сильно раздражали умненькие мальчики в очечках и костюмчиках. Но легкий удар ногой в ухо вразумлял. Хотя мой старший вспоминает, что жил (в 5-м классе) в ожидании того, что однокласснички все-таки догадаются, что с десятью он не справится, и что рессора трактора «Беларусь» сильнее любого приема восточных единоборств. Внимательных учителей, призванных разруливать подобные ситуации, замечено не было.

Интересно, а если бы внимательный учитель разрулил ситуацию с ударом ногою в ухо? И умненький мальчик отправился бы спецшколу?

Мы успели уехать (свалить). На новом месте новые эмоции. Рассказывают дети. Учитель при всем классе сказал ученику, что тот плохо учится, потому что не выполняет домашних заданий. Ученик молча вышел из класса и вернулся с завучем.

Мог бы и вообще не возвращаться. Зачем? Если все равно не учится и заданий не выполняет.

Учителю пришлось извиняться за то, что он унижал ребенка при свидетелях. Такие вещи он имел право говорить только с глазу на глаз.

Конечно-конечно. А как же удар ногою в ухо? Такое право отпрыск автора точно имел? Или должен был вежливо объяснить «бандитику» о недопустимости его поведения?

Родительские собрания вообще потрясли. Выделяется две недели и родители записываются на удобное для них время. Полчаса с родителями разговаривают исключительно об их ребенке. И ни о ком другом.

Пока это единственное, что стоило бы перенять.

У мамочки нет даже повода сказать, придя домой: «Вася плохой мальчик – не дружи с ним», т. к. говорить о Васе с Петиной мамой учителя не имеют права. Это начальная школа (с 1-го по 6-й класс, учиться начинают с 6 лет). Главное внимание уделяется не собственно обучению, а формированию социальных навыков. Категорически невозможно малейшее рукоприкладство. Даже толкнуть – тяжкий грех. Мне было очень приятно, что приемы восточных единоборств мои дети стали отрабатывать исключительно в спортивных залах.

А что же делают педагоги, если все-таки один толкнул другого за пределами спортзала? Беседуют с глазу на глаз? Кстати, вопрос, а почему автор не научила детей ранее, что приемы надо отрабатывать в спортзале, а не в школьных коридорах на одноклассниках?

В средней школе (7-го по 9-й) новые новости: у каждого ребенка есть личный номер. Кроме самого ребенка его никто не знает.

Ух ты!!!

А еще есть табло, на котором можно посмотреть, на каком ты уровне, относительно других. Но по этому табло нельзя понять, кто лучше тебя, кто хуже – номеров-то чужих ты не знаешь! Ответов у доски практически нет. Оценки – по результатам тестов и сданным домашним заданиям. Классов, как таковых, вообще нет: на первом уроке ты в одном коллективе, на втором – в другом и т. д. до шестого. Хочешь брать, например, математику на год-другой выше, чем основная масса, – школа к этому готова, в ней есть соответствующие классы. Ну, уважают детей, что ни говори.

То есть формулировать свои мысли, выступая перед аудиторией не учат. Серьезное достижение педагогики. Сколько детей одного возраста учится в этой школе? Есть ли учебная программа? Как ее реализуют в таком, извините, бардаке?

А как мне, в свое время, хотелось потерять сознание на уроках математики, до того скучно и медленно для меня все происходило. Но мучения детей, которым было слишком легко, вполне вписывались в программу советской школы, так же, как и мучения тех, кто «не тянул».

А я не скучал. Я решал свой вариант, потом чужой. Или забегал вперед по учебнику. А если от скуки мешал другим — получал заслуженное наказание.

Американская государственная (бесплатная) школа имеет очень серьезные и, порой, дорогостоящие обязанности перед учениками.

Одному знакомому мальчику с диагнозом дефицит внимания его начальная школа почти на год нанимала индивидуального учителя. А сколько педагогов и психологов занимались специальной программой адаптации этого конкретного ребенка к нормальной школьной жизни. А для другого мальчика школа утверждала индивидуальный план уроков математики на последний (12-й) год его обучения, т. к. этот умница (первый и пока единственный для данной школы) прошел все уровни, на которые была рассчитана школа, – нельзя же было на целый год лишить его возможности брать математику.

Внешне все выглядит так, как будто дети, правильно воспитанные в начальной школе, получают свободу выбора и уважение к их индивидуальным наклонностям в дальнейших школах, и в виде ответной благодарности и личного благородства ведут себя очень прилично.

Как прилично ведут себя американские школьники — известно всему миру. И уж конечно в виде благодарности. Только вот металлодетекторы ставят и полицейский в школе дежурит.

Но оказывается, что система наказаний здесь очень жесткая.

Кошмар!!! Все таки наказывают??? 

За первое нарушение ребенка исключают из школы на неделю, за второе – на месяц, а после третьего встает вопрос об очень специальной школе за колючей проволокой.

Исключают, конечно, в условиях строжайшей тайны. Иначе это слишком унизительно. Куда унизительнее, чем получить замечание в классе. К примеру третье опоздание на урок — и в детскую тюрьму. Или это за наркотики и поножовщину? А опоздания — в порядке вещей? 

 Тут уж и самые толстокожие и безразличные родители занервничают. Я думаю, что в некотором роде обобщу большинство комментариев, сделав следующие выводы:

1. После долгого бесправия российские дети получили права, и это хорошо.

Права на что? Теперь российские дети с трудом учатся в ВУЗах, в школе торгуют дурью, занимаются вымогательством, туалеты насквозь прокурены. А у нас были учкомы, был комсомол. И школьные проблемы педсостав решал по согласованию с комитетом комсомола и учкомом. Право принимать решения было.

2. Учителя старой закалки оказались не готовы к ситуации, когда у них нет возможности давить на детей привычными способами, например, отобрать (и сломать, разорвать) личную вещь ученика, показавшуюся данному учителю не совместимой с процессом обучения. Не срабатывают так же отсылки к «бесспорным» (попробуй, поспорь!) авторитетам (в статье – ленинградская блокада). И это тоже к лучшему – быть может учителя, не способные уважать учеников, уйдут в другие сферы деятельности и не будут калечить психику нового поколения.

И ученики могут спокойно жить по законам волчьей стаи и получать соответствующее воспитание.

3. Школы не отвечают потребностям КАЖДОГО ученика, не удивительно, что очень многие дети недовольны школой и выражают это, как могут.

Один приходит в школу, чтобы учиться. Другой — потусоваться. Школа должна удовлетворить обоих.

4. Рычагов давления даже на тех, кому это давление необходимо для его же пользы, кажется, нет совсем. Я не то что учителем, мамой не согласилась бы работать по таким правилам. Похоже, что ребятам из министерства пора бы задуматься и сочинить красивую и стройную систему, которую было бы невозможно (или очень трудно) обойти с помощью взяток и угроз. И, конечно, они ее создадут. «Жаль только – жить в эту пору прекрасную нам не придется – ни мне, ни тебе» – на века сказано.

Так давить или не давить, вот в чем вопрос?

Странно, как много получилось и как мало из того, о чем передумала, удалось написать. «Кончаю, страшно перечесть».

У меня не сложилось впечатления, что заметку писал взрослый человек. Отсутствие логики изложения, корявый стиль, поразительная наивность. Впрочем, чего ожидать от вИлосипеда.

На тупичке у Гоблина таких называют МД. Любопытные могут сами посмотреть, что этот термин означает.

Но ведь кто-то дал добро на эту публикацию. Зачем?